В.А. Макаренко назначили директором Слободского дома культуры, когда ему было 20 лет. А дальше — насыщенная работа: хор, выступления, самодеятельность, агитбригады, КВН…
Не зря говорят — все мы родом из детства. Маленький человек до определенного возраста, подобно губке, впитывает окружающую среду, взгляды взрослых на жизнь, их увлечения и склонности. Как и случилось со слободским культработником Валерием Александровичем Макаренко, которого в районе знают многие. Первые уроки жизни, любовь к музыке и творчеству он получил в своей семье и в кругу односельчан. Сегодня все отзываются о нем как о добром, активном, неравнодушном к малой родине и землякам человеке. Большую часть жизни В.А. Макаренко провел в обнимку с баяном, развлекая народ на праздниках, — с виду веселый и разудалый. А на самом деле — серьезный, вдумчивый, переживающий.
В этом марте Валерий Александрович отметил юбилей — 75-летие. Разве это не повод районной газете рассказать о добром человеке, осмыслить его жизненный и творческий путь? Ведь всегда интересно, с чего все начиналось. «По нации русский — по духу казак» — эти слова абсолютно справедливо относятся к герою нашего повествования.
Григорий Илларионович и Марья Тимофеевна Макаренко — дед и бабушка нашего Валерия — из Черниговской губернии перебрались с маленьким сынишкой Александром на Дон, в старинный казачий, сегодня уже не существующий хутор Мостовской. Это случилось незадолго до революции 1917 года, когда Черниговщина несколько лет подряд страдала от неурожая из-за повторявшегося засушливого летнего зноя и суровых зим.
Поселившись в хуторе, построили небольшой саманный домик, Григорий занимался кузнецким делом, Марья — хозяйством, воспитанием сыночка. И хоть людьми они были честными и трудолюбивыми, для местных все равно оставались чужими. Уважение казаков нужно было заслужить, как говорится, верой и правдой. И заслужили. Для этого супругам Макаренко понадобилось около трех лет.
Родители матери Валерия Александровича — тоже из переселенцев. Они приехали в хутор Веселый откуда-то с Кубани. Он до сих пор вспоминает, как мама, Анна Ивановна, разговаривала, вставляя в свою речь словечки, типичные для тех мест.
— Родители мои познакомились и поженились только после войны. Для обоих это был второй брак, — вспоминает Валерий Александрович. — Батю (так с сыновьей любовью называет отца Валерий) в 41-м призвали на фронт. Он служил сапером, а в ходе Харьковской операции попал в плен. Лагерь, где он находился, был на территории Украины. Не раз пытался бежать. Очередной побег с товарищем тоже закончился провалом — поймали их достаточно быстро — фашисты искали с собаками. Друга псы растерзали, а у бати на теле от этой поимки так и остались на всю жизнь страшные шрамы. Плен продолжился в Финляндии, Дании, а затем Норвегии, откуда в 1945-м отца освободили союзники-англичане, и практически сразу он вызвался добровольцем на советско-японскую войну. Почему не рвался домой после стольких-то лет плена? Да просто батя мой был прожженным комсомольцем, являлся в родном хуторе секретарем комсомольской организации, не мог он по-другому, говорил: пока был в плену, за него воевали другие, а теперь его время. А уж после капитуляции Японии вернулся в родной хутор.
К тому времени Анна Ивановна, в будущем мама Валерия, со своей маленькой дочкой тоже жила в Мостовском — она была уже вдовой, её первый супруг погиб при освобождении Будапешта. Анна приглянулась Александру, и они создали семью, а спустя время, в 1951-м году, родился Валерий.
Мальчишкой он рос любознательным, очень наблюдательным и впечатлительным, наверное, от того у него достаточно много воспоминаний из раннего детства, и одно из таких — встреча с писателем В.А. Закруткиным.
Валерий Александрович вспоминает подробности: «Было мне лет пять, батя работал чабаном, часто брал меня с собой в степь — посадит на велосипед, тут же узелок с харчишками, и вместе пасем овец. В один из таких дней были мы недалеко от дороги на Кузнецовку, — солнце тогда было до того яркое, тепло, батя рядом, байки мне рассказывает. Видим, по дороге «бобик» едет, остановился, из машины вышел мужчина в военной форме и направился к нам. Подошел. Смотрю, а у него очки в золотой оправе, и так блестят, аж светятся. Оказался это сам Закруткин! Разговаривают они с батей, а я стою рот разинув, от сияющих очков взгляд отвести не могу, первый раз в жизни такие видел. Виталий Александрович отошел к машине, затем вернулся — с маленьким, невероятно хорошеньким щенком и, с улыбкой вручая мне, сказал: «Вырастишь, будет помогать тебе овец пасти», и тут же из-за пазухи достал пачку печенья, большую редкость в то время. Помню, мама мне еще долго по одному печенью выдавала, а пес — кавказская овчарка по кличке Азиат — действительно, вырос очень большим и много лет помогал отцу управляться с отарой».
Когда Валерию исполнилось семь, все семейство переехало в хутор Слободской, чтобы ребенок пошел в семилетнюю школу. В Мостовском была четырехлетка. В семье Макаренко поощряли образование и стремление к учебе, именно поэтому отец приобрел для сына даже музыкальные инструменты.
Тут стоит рассказать, как Валера влюбился в музыку. Отец здорово играл на балалайке и мандолине, пел, мама тоже пела — очень красиво, бархатным голосом, и ввиду такой музыкальности семью часто приглашали на хуторские праздники.
— Хуторская свадьба — праздник величайший, особенно для детей, — с улыбкой говорит о прошлом наш собеседник. — Наблюдаем за всем этим действом, еще и сладостями взрослые угощают — наслаждение, да и только!
Я впитывал музыку, когда смотрел и слушал, как поют и музицируют родители, но особенно поражали местные гармонисты. Видя, какое впечатление на меня это производит, батя решился купить инструмент. Сначала сам наигрывал, а потом и я — подбирал звуки по слуху, теории-то никакой не было, и нот — тоже! К пятому классу самоучкой играл уже вовсю!
Дальше состоялось знакомство с баяном, как всегда, случайно: как-то увидел музыкальный инструмент у родственников — тот у них без дела стоял. Подошел, взял в руки, а он другой — не гармонь, клавишных рядков больше, и я понял, что хочу баян. Пришел к отцу, восхищено рассказал. Тот выслушал, да крепко задумался, цена-то инструменту — 100 рублей, при его месячной зарплате в 30! Но любовь к музыке поощрялась, и отец как-то выкрутился. Так появился у меня и заветный баян.
И, казалось бы, вот оно — счастье, да только переучиться с гармошки на другую клавиатуру было непросто, тем более, самостоятельно, и инструмент остался на какое-то время заброшенным. На помощь пришло упорство, воспитанное спортом. Советское детство — это же футбол, баскетбол, зимой — хоккей, а значит стремление к победе!
— Подумал я тогда: батя сто рублей потратил, а я сам на что? Сел и старым методом, подбирая по слуху, «изучил» баян. К седьмому классу играл уже неплохо. И вот, в школе я — баянист на первых ролях, на переменах для девчонок «танцы играл» за «Театральные» конфеты — были такие леденцы.
Девятый — десятый классы учился в средней школе Семикаракорска, и всегда баян был мне соратником: соло играл, и в ансамблях.
Мечтал Валерий пойти в армию, служить на флоте, стать капитаном или хотя бы моряком, но из-за спортивной травмы ничего не вышло. Тогда парень и растерялся: куда идти, с чем связать свою жизнь? На помощь пришла мама: она взяла откормленного гуся, сына и поехала к заведующей Семикаракорским отделом культуры Нине Алексеевне Мигулиной. Та долго смеялась деревенской простоте, но помогла с направлением Валерия на учебу в Ростовское культурно-просветительное училище.
Окончить его тогда не получилось — как теперь думает наш герой, из-за юношеского максимализма, обиделся на незаслуженный укор преподавателя. Вернулся в родной хутор и пошел работать в клуб инструктором по спорту, а по совместительству — музыкантом. Танцы в клубе были каждый день, играл, как говорит наш собеседник, до «одурения».
В то самое время у Валерия Александровича и заведующей клубом Антонины Дмитриевны Сычёвой созрела идея собрать хор, настоящий, казачий.
— Это были взрослые хуторяне, даже пожилые, фронтовики — люди от земли, — продолжил свою историю наш рассказчик. — Пели старинные казачьи песни, позже я добавил в репертуар произведения собственного сочинения. К Дню Победы мы поехали на наш первый смотр художественной самодеятельности в район, и сразу успех — первое место! А дальше — другие местные смотры и фестивали, выступления в области, например, в Ростовском театре драмы имени М. Горького в 1970-м году.
Раз я уже так плотно и профессионально связал себя с творчеством, то образование получать все же надо было, и от совхоза меня направили в Ростовский областной Дом народного творчества при филармонии, на годичные курсы. Выпустился с красным дипломом и профессией — хормейстер.
Валерия Александровича назначили директором Слободского дома культуры, когда ему было 20 лет. А дальше — насыщенная работа: хор, выступления, самодеятельность, агитбригады, КВН, сценарии к общественным праздникам и частным — юбилеям и свадьбам, на нем оставалась также организация спортивных детских и юношеских мероприятий. Помимо основной деятельности в сельском ДК, прибавилась школа — пригласили учителем пения, там заработал 15 лет педагогического стажа.
Потом ещё два раза был студентом режиссёрского отделения Ростовского культпросветучилища и филиала Санкт-Петербургского института культуры. Там Валерий Александрович и встретил свою Наталью, супругу — верную помощницу.
— Культработник на селе, в первую очередь, это тот, кто работает именно с людьми, — поясняет Валерий Александрович. — А я трепетно отношусь к истории малой родины, встречался с земляками — фронтовиками, тружениками сельского хозяйства, слушал и записывал их путь. До сих пор ребята из школы просят: расскажите о том человеке или об этом, а я их всех помню: кто кем работал, кто чем жил, я буквально впитывал их судьбы.
Помню, к Восьмому марта каждый год устраивали праздничный концерт в местном ДК и посиделки — мне было важно не просто поздравлять женщин, а о каждой хуторянке сказать доброе слово, отметить ее как личность, положительные качества, хорошие дела.
Можно отдельно сказать и о том, что с 90-х годов под руководством Макаренко на базе хуторской школы проходят спортивные соревнования по футболу, баскетболу, волейболу среди детей — школьников и взрослых, работающих людей. Это часть воспитательной работы, которую он ведет, кстати, до сих пор, и уверен, что никто не имеет морального права заставлять ребенка заниматься спортом, если сам лежит на диване. По этому же принципу Валерий Александрович никогда не позволял себе прийти в клуб контролировать танцы «под мухой». Из разговора с нашим героем мы поняли, что принцип личного примера для него приоритетен.
Со временем к его и без того кипучей деятельности прибавилось еще и депутатство — до сих пор местные жители идут к нему пожаловаться на «несправедливость», попросить помощи: кому мусор вывезти, дров наколоть на зиму, а кому и лампочку поменять. На всё он откликается сам и помогает, чем может, а иной раз просит посодействовать хуторян — есть ему дело до каждой перегоревшей лампочки. На вопрос, откуда жизненные ресурсы на такую инициативность и как он всё успевает, ответила супруга Наталья.
— До 2018 года, пока был клуб, сейчас его уже нет, я своего мужа дома не видела, это человек, который никогда не ходил в отпуск — заменить было некем. Зато без него не обходились праздники и отпуска других людей. А жизненные силы — от любви к своей работе и положительной отдачи людей, для кого все это делает.
Даже и сейчас, в свои 75, Валерий Александрович не сидит сложа руки: он руководитель творческого коллектива, ведет несколько спортивных секций, занимается патриотическим воспитанием молодежи в своем хуторе. В этом ему хорошо помогает Геннадий Георгиевич Потапов — управляющий творческим коллективом соседнего Новоромановского СДК. Вместе они проводят работу по сохранению памяти о Великой Отечественной войне, рассказывают ребятам о памятных датах страны, о ветеранах.
Для старшего поколения В.А. Макаренко организовал хор — в нем девять человек, для школьников — кукольный кружок.
После разговора с Валерием Александровичем мы пришли к выводу, что жизнь его очень интересная и непростая. Несмотря на то, что для других этот человек — олицетворение праздника, у самого зачастую не хватает времени для личных торжеств. Бывало даже так: когда его творческие коллективы выигрывали поездки по России или за рубеж, их руководитель, идейный вдохновитель, автор сценариев и аккомпаниатор в силу занятости оставался дома. Но мы думаем, что на таких неравнодушных людях, патриотах и держится культурная жизнь малой родины, да и страны в целом.
А. Батышева.
